Она ушла, не сказав ни слова. Через три месяца прислала письмо: "Я не была больна. Я была в тюрьме"

Она исчезла в феврале. Не сказала никому. Ни мужу, ни детям, ни подругам. Просто ушла. Утром вышла из дома, как будто на работу, и не вернулась.

Через три месяца пришло письмо. На бумажном конверте — штамп Вологды. Внутри — четыре листа, исписанных мелким почерком. Первое предложение:

— "Я не была больна. Я была в тюрьме".

Муж принёс мне это письмо. Сказал: "Вы — психолог. Скажите, что с ней не так".

Я прочитал. И понял: с ней всё в порядке. А с вами — нет.

Её зовут Татьяна. 44 года. Учительница музыки в школе №12. Замужем 18 лет. Муж — главный инженер на Вологодском машиностроительном заводе. Двое детей: дочь 17 лет, сын 14.

Они познакомились в университете. Он был уверенным, сильным, говорил красиво. Через год — свадьба. Через два — первый ребёнок.

Сначала всё было хорошо. Потом — началось.

— Ты слишком много разговариваешь с коллегами, — сказал он однажды. — Это ненормально.

— Ты не должна смеяться с подругами. Это выглядит дешево.

— Почему ты не убрала в ванной? Ты не хозяйка.

Она молчала. Она думала: "Может, я действительно не такая, как надо?"

— Ты опять с ней разговаривала? — спросил он после звонка с подругой.

— Да, мы просто… поговорили.

— Вы обсуждали меня?

— Нет.

— А о чём?

— О школе, о детях…

— Ты должна мне отчитываться. Я — твой муж. Я имею право знать, о чём ты говоришь.

Она удалила её из контактов. Потом — ещё одну. Потом — ещё.

Через год у неё не осталось никого, кроме мужа.

— Ты слишком много сидишь в интернете, — сказал он. — Я не доверяю.

Он забрал её смартфон. Оставил только старый кнопочный "Nokia". Сказал: "Ты же не хочешь, чтобы я ревновал?"

Она не сопротивлялась. Она думала: "Может, я действительно слишком свободная?"

Он начал читать её дневники. Проверять сумку. Спрашивать: "С кем ты виделась? Что сказала? Что ответила?"

Она начала отвечать: "Ни с кем. Ничего. Ничего не сказала."

— Это было в январе. Я стояла у окна. Дети были в школе. Муж — на работе. Я смотрела на улицу. Видела, как женщина смеётся с подругой. Просто смеётся. Открытого, громко, искренне.

Я подумала: "Я не помню, когда я в последний раз так смеялась."

Я пошла в ванную. Посмотрела на себя в зеркало. И впервые спросила: "Кто ты?"

Я не узнала себя. Я не знала, что люблю. Что хочу. Что чувствую.

Я сказала вслух: "Я не человек."

И заплакала.

— Я не планировала. Я просто… встала, оделась, взяла паспорт, деньги, которые скопила за полгода (87 тысяч), и вышла.

Я села на автобус до станции "Вологда-1". Купила билет до Архангельска. Сказала себе: "Не останавливайся. Не звони. Не возвращайся".

В поезде я не спала. Я смотрела в окно. И впервые за 18 лет подумала: "Я жива".

В Архангельске я нашла комнату у бабушки — 11 тысяч в месяц. Без хозяев. На окраине, в панельке. Никто не знал, кто я. Никто не спрашивал.

Через три месяца я нашла работу — уборка в детском саду, 3 раза в неделю. 28 тысяч в месяц. Сказала: "Теперь я могу платить за себя".

Через четыре месяца я написала письмо. Не мужу. Детям. Сказала: "Я не умерла. Я живая. Я не больна. Я просто… ушла".

— "Я не была больна. Я была в тюрьме. Ты не бил меня. Ты не кричал. Ты просто… вычёркивал меня. Каждый день. Каждое слово. Каждый взгляд.

Ты говорил: 'Ты не такая, как надо'. И я верила. Я пыталась стать той, которую ты хочешь. Я убрала, постирала, приготовила, улыбнулась. А ты всё равно говорил: 'Ты не хозяйка'.

Я перестала есть. Потому что не хотела тратить деньги. Я перестала спать. Потому что боялась, что ты скажешь: 'Ты ленивая'.

Я перестала говорить. Потому что ты всё равно перебивал.

Я не сходила с ума. Я просто… исчезала.

И однажды я поняла: если я не уйду — я умру.

Я не убивала себя. Я спасалась.

Я не предавала тебя. Я вернула себе жизнь.

Я не знаю, вернусь ли. Но я знаю — я больше не исчезну".

Она всё ещё в Архангельске. Работает учителем музыки в частной школе. Получает 45 тысяч. Живёт в своей квартире.

Она ходит к психологу. Говорит: "Я учусь быть собой".

Дети приезжают к ней. Иногда — на выходные.

Она не "вылечилась". Она — возвращается. Постепенно. С остановками. С дыханием.

Она сказала: "Я не знаю, останусь ли в Архангельске. Но я знаю — я больше не исчезну".