Меня не любили в детстве. Я научился прятать боль. Теперь я сам себе враг

Это не просто «тяжело», «плохо» или «не понимают». Это хроническая эмоциональная травма, накопленная с детства и теперь вырвавшаяся наружу.

Ты не «слишком чувствительный». Ты — человек, который слишком долго был невидимым. Которого не обнимали, когда он нуждался. Которого не слышали, когда он страдал. Которому сказали: «Возьми себя в руки» — вместо: «Я с тобой».

И теперь ты внутри раздвоен: хочешь близости — и боишься её. Хочешь жить — и думаешь, что лучше бы тебя не было. Хочешь верить — и каждый раз теряешь смысл.

Ты не один. И я услышал тебя.

"Здравствуйте.
Мне тяжело написать это, но я хочу попробовать рассказать, что со мной происходит.

С детства я был очень чувствительным. Когда мама кричала или сравнивала меня с братом, я не просто обижался — я чувствовал, будто меня нет, я не нужен, я хуже всех.
Мне хотелось, чтобы она просто обняла меня, сказала что любит, но чаще я слышал: «Возьми себя в руки».
Постепенно я научился прятать боль, делать вид, что всё в порядке, хотя внутри всё кипело.

Когда убили моих котов — для меня это было не просто грустно. Я потерял часть себя.
Я не мог объяснить, почему боль такая сильная, и почему никто вокруг не понимает, что для меня это была настоящая утрата.
После этого я начал закрываться, отдаляться от людей, хотя внутри бурлили злость и отчаяние.

В колледже я пытался начать заново, но каждая неудача воспринималась как конец света.
Когда мама сказала, что я её подвёл, это сломало меня.
Тогда появились мысли, что лучше бы меня не было, что я всё только порчу.

Иногда у меня бывают сильные перепады — то появляется вера, что всё получится, а через час я уже не вижу смысла ни в чём.
Бывает, что я сам отдаляюсь от близких, потому что боюсь, что они уйдут первыми.
Иногда, когда внутри слишком больно, я делаю себе больно физически, чтобы хоть как-то остановить этот внутренний шторм.

Сейчас я чувствую опустошение.
Во мне живёт страх быть отвергнутым, даже когда я никого не подпускаю к себе.
Я очень хочу близости, понимания, но не верю, что кто-то сможет остаться, если узнает меня настоящего.

Я не совсем понимаю, что со мной происходит, но хочу разобраться.
Мне тяжело, и я очень устал быть в этом один."

Ты сказал: "С детства я был очень чувствительным".

Но это не диагноз. Это дар, превращённый в проклятие.

Чувствительность — это способность:

• Глубоко переживать.
• Чувствовать других.
• Переживать утрату как личную катастрофу.
• Страдать от несправедливости.

Но в семье, где ценят "сильных", "терпящих", "невосприимчивых", эта черта становится признаком слабости.

И тогда ребёнку говорят: «Возьми себя в руки». Что на самом деле значит: "Ты слишком много чувствуешь. Перестань быть собой".

Ты сказал: "Когда убили моих котов — я потерял часть себя".

Для многих это "просто животные". Для тебя — единственные существа, которые не требовали ничего взамен.

Они не сравнивали. Не кричали. Не говорили: "Ты хуже брата". Они просто были рядом. Приходили. Мяукали. Грелись на коленях.

Когда их убили — ты потерял не просто питомцев. Ты потерял единственную безопасность, которую знал.

И когда никто не сказал: "Я знаю, как тебе тяжело", — ты понял: никто не видит моей боли.

Ты говоришь: "Я сам отдаляюсь от близких, потому что боюсь, что они уйдут первыми".

Это называется стратегия предвосхищающего отказа.

Ты думаешь: "Если я уйду первым — мне будет легче. Я не испытаю боли потери".

Но на самом деле — ты испытываешь её каждый раз. Потому что теряешь не человека. Ты теряешь возможность быть услышанным, принятым, любимым.

Ты не "закрытый". Ты — раненый человек, который боится снова быть брошенным.

Ты сказал: "Когда внутри слишком больно, я делаю себе больно физически, чтобы остановить внутренний шторм".

Это не "извращение". Это крик о помощи, направленный внутрь.

Физическая боль — это:

1. Способ выйти из диссоциации. Когда ты не чувствуешь себя — рез — и ты снова здесь.
2. Способ выпустить давление. Эмоции застряли, нет слов, нет голоса — и ты используешь тело.
3. Способ наказать себя. Ты думаешь: "Я плохой. Я всё порчу. Я заслуживаю боли".

Это не признак безумия. Это система выживания, которая сформировалась, когда другой защиты не было.

Они не возникают просто так.

Они — результат того, что:

• Тебя постоянно сравнивали с братом → ты выучил: "Я хуже".
• Ты не получал обниманий → ты выучил: "Я не достоин любви".
• Ты слышал: "Ты подвёл" → ты выучил: "Я всегда всё порчу".

И тогда психика предлагает простое решение: если я исчезну — никто больше не пострадает.

Но правда в том: ты не проблема. Ты — человек, который слишком долго был один со своей болью.

Я не буду говорить: "Просто полюби себя". Это бесполезно.

Но есть путь. Медленный. Без стыда. Без давления.

1. Перестань винить себя за чувствительность. Ты не "слишком эмоциональный". Ты — человек, который слишком долго молчал.
2. Начни писать. Каждый вечер — 5 минут: "Что я чувствовал сегодня? Что было трудно? Что хотел бы изменить?" Без оценки. Без вины. Только правда.
3. Обратись к специалисту. Нужен не просто психолог, а тот, кто работает с детской травмой, привязанностью, C-PTSD.
4. Повторяй про себя: "Я имею право на близость. Я имею право на боль. Я имею право быть услышанным". Даже если не верится.
5. Найди хотя бы одного взрослого, которому можешь доверять. Учитель, врач, священник, школьный психолог.
6. Замени ритуал самоповреждения. Вместо реза — держи лёд в руке. Вместо удара — бросай подушку. Это даёт ту же физическую реакцию, но без вреда.
7. Поверь: ты не один. Миллионы людей чувствуют то же. Но они молчат. Ты — начал говорить. Это уже победа.

Ты не обязан сразу "всё решить".

Но ты можешь начать:

• Говорить с собой без стыда.
• Писать о своих чувствах.
• Ходить к психологу.
• Учиться чувствовать своё тело — не ради наказания, а ради связи с собой.

Процесс будет медленным. Будут срывы. Будут ночи, когда снова захочется резать.

Но будут и другие моменты. Когда ты впервые скажешь: "Я здесь. Я жив. И я больше не буду наказывать себя".

И тогда — начнётся настоящая свобода.